Меню

Приворот-отворот, чтобы навсегда отвернуть мужа от любовницы

Из письма:

«Пишу Вам от отчаяния. Только та женщина, которую оставил муж ради молодой любовницы, сможет меня понять. Прожила я со своим мужем двадцать девять лет. Сошлись мы с ним, когда нам было по восемнадцать, а теперь вот уже нам по сорок семь исполнилось. Всякое в жизни было, как и во всех других семьях. Родила я ему двух дочек, теперь уже есть двое внуков.

Пережила я с ним тоже немало. После аварии его два года выхаживала, с ложки кормила, обмывала, пищу ему протирала, ночами с ним сидела, глаз не смыкала… Выходила, а через год он запил и пил почти три года. Боролась за него, не бросала, справилась: в конце концов, он закодировался.

Перестал он пить, а я, чтобы его поддержать, продала дом, полученный от матери в наследство, и купила ему новую машину. Вот эта-то машина и стала причиной беды. Подвозил он как-то двадцатилетнюю женщину, и она ему приглянулась. А у женщины той к тому времени уже было трое детей от разных мужиков. Вцепилась она в моего мужа.

Видит, что он не пьет и машину имеет, а ей пацанов нужно тянуть. Я к ней ходила, по-хорошему просила: отстань от него, он тебе через несколько лет не нужен будет, а нам ты семью поломаешь. Но куда там, она так кричать стала, такими словами меня обзывать… Не каждый мужик так ругаться способен.

А муж мой как ум потерял, бежит к ней, говорит:

―Я с ней помолодел. Потом она начала с ним играть: то позовет, то выгонит. Если без денег пришел – уходи. Пока есть у него деньги, терпит его. Он меня умоляет:

―Катя, дай хоть немного денег, не могу я без нее, займи где-нибудь, я ей отнесу и посмотрю на нее хоть одним глазком. Гляжу я на него, а у самой сердце рвется на части. Дам ему денег, он бегом бежит к ней, а я дома реву. Или иду к ее дому и стою под окнами. А она специально шторы откроет и в лифчике ходит, будто знает, что я из-за кустов подглядываю. Такая мука, Вы бы только знали!

Однажды прибежал он от нее бешеный, рубаха порвана, сам весь в крови. Говорит, подрался из-за нее. Пришел к ней, а она пьяная с солдатом на диване любовью занимается. Тут же ее ребятишки, и все у них на глазах.

Сидит мой муж, плачет, кулаком об стол бьет, говорит, что ноги его у нее больше не будет. Утром собрался на работу, а поехал к ней. Я как чувствовала, позвонила к нему на работу, а мне сказали, что его не было. Собралась я и поехала к этой бабе. Зашла, дверь не закрыта, как проходной двор. В комнате вонь, бардак. За столом сидят она и какой-то солдат. На столе стоит самогонка. А мой муж на диване сидит и стеклянными глазами перед собой смотрит. Повернулась я и домой пошла, так мне стало тяжело, что белый свет не мил.

Есть ли такой заговор, чтобы муж забыл свою любовницу, в душе его поселился покой и вернулась любовь ко мне? С надеждой и уважением к Вам, Мензикова Катерина».

  • Постирайте вещи мужа,
  • а в последней воде, в которой ополаскивали одежду и над которой прочитали особый приворот-отворот, вымойте ноги и вылейте ее под женское дерево.

Женское дерево — это дерево женского рода, про которое можно сказать «стояла, качалась, красивая и т.д.» – то есть береза, рябина, калина, сосна, ель и так далее. Но только не осина.

Приворот-отворот следующий:

Встану, благословлясь, выйду, перекрестясь,

Из своего дома, из всех дверей, из последней двери

К воротам и от всех ворот

К синему морю, широкому приволью.

Там стоят двенадцать братьев,

У всех есть двенадцать жен.

Выкрикну, вызову их имена:

Одна – тоска, вторая – сухота,

Третья жена – сердечная маета,

Четвертая – головная боль,

Пятая – душевная хворь, шестая – хотенье,

Седьмая – мученье, восьмая – стоячка,

Девятая – неспячка, десятая – скукота,

Одиннадцатая – горячая кровь,

Двенадцатая – ярая любовь.

Ой вы, бесовы двенадцать жен,

Пусть раб Божий (имя)

Будет моей статью удивлен,

Моим умом уязвлен,

Заговорным словом этим покорен, пленен

На ныне, навечно и бесконечно.

Напустите вы, жены, ему печаль-тоску,

Чтобы он обо мне,

Божьей рабе (имя), тосковал,

Скучал, громким голосом кричал,

Не мог без меня минуты жить, секунды быть,

Ни дня дневать,

Ни одной ночи миновать:

Ни при луне ясной,

Ни при солнце красном.

Утром бы чуть свет вставал,

На ум-разум мое имя брал,

Скучал, тосковал,

Дурным голосом кричал.

Пусть ему другая девица

Будет казаться страшной тигрицей,

Как огненные часты, сова головаста,

А я была бы ему:

В жаркий полдень – водой,

В сильный голод – едой.

Будьте же, все мои слова, сильны,

Крепки, прилипчивы.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Ныне и присно и во веки веков.

Аминь.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *